Может ли фонограмма молиться?

ПЦУ "служат" в Лавре под фонограмму. Фото: СПЖ

30 августа 2026 года во время богослужения ПЦУ в Аннозачатьевском храме Нижней лавры вместо живого хора использовали заранее записанное церковное пение. Фонограмма была слышна и в прямой трансляции службы, которая велась на фейсбук-странице «Києво-Печерська Лавра» ПЦУ.

Дискуссия о фонограмме

Даже в самой ПЦУ мнения о допустимости подобного разделились. «Кого мы дурим? Это монтаж», – написал в комментариях Александр Тарасенко, регент Преображенского собора ПЦУ, где служит Александр Драбинко. Вот еще несколько подобных откликов: «Итак, я в неприятном удивлении! С первых звуков слышен монтаж!»; «Позор! Включайте аудиозаписи вместо хора!!»

Но были и те, кому это понравилось: «священник» ПЦУ Николай Капитула написал, что это «очень хорошо!».

Впрочем, дискуссия велась не только в рамках ПЦУ.

Священник УПЦ Александр Клименко не без сарказма предложил любителям фонограмм в храме пойти дальше: «Если можно включать вместо живого хора аудиозапись, то почему нельзя так же включать во время богослужений аудиозапись голоса священника или диакона? Их тоже не хватает, как и хористов. Прекрасное же решение!»

То же написал клирик ПЦУ Виктор Мартыненко: «Может, чтобы не подвергать опасности и экономить на оплате - и попа транслировать на экране?»

Украинский клирик Константинопольского Патриархата Константин Шевченко, напротив, не увидел в самой практике какой-то проблемы. По его словам, в херсонском храме, где он служил долгое время, фонограмму включали, когда не удавалось собрать хор. Проблема, считает он, не в самой фонограмме, а в ее качестве: «То, что я услышал в записи богослужения в Лавре, не страшно, но это очень некачественная работа звукорежиссера». И добавил, что знает много церквей, где хор заменяют фонограммой.

Но с ним не согласился Александр Драбинко. Он сослался на мнение покойного Предстоятеля УПЦ митрополита Владимира (Сабодана), который, по воспоминаниям Драбинко, на вопрос о допустимости фонограммы ответил категорическим «нет». Сам Драбинко назвал использование записи вместо живого пения «профанацией богослужения – муляжом».

Конечно, можно подискутировать о техническом совершенстве фонограммы, сослаться на мнение покойного Предстоятеля УПЦ или предложить принять новый канон: «аще кто дерзнет фонограмму в храме включати…» Но можно задаться и другим вопросом: а что делает богослужение богослужением?

Хор – музыкальное сопровождение или что-то иное?

В церковном сознании современных христиан преобладает представление о том, что богослужение совершает священник, а церковный хор придает ему красоту и торжественность. Роль прихожан – стоять в храме, наблюдать за происходящим и, желательно, молиться.

Однако суть богослужения иная. Богослужение – это действие собравшейся Церкви. Не священника, не хора, не чтеца по отдельности, а всей Церкви. У апостола Павла в Послании к Коринфянам есть слова: «…когда вы собираетесь в церковь…» (1 Кор. 11, 18). Многие понимают их так, будто речь идет просто о приходе верующих в храмовое помещение. Но это не так. Апостол имеет в виду, что христиане, собираясь вместе во имя Христа («где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. 18, 20)), являют собой Церковь – подобно тому как элементы пазла складываются в единую картину.

В этой собравшейся Церкви есть священнослужители и миряне, и весь строй богослужения устроен как диалог между ними. Например, в ектении священник или диакон призывает: «Господу помолимся», а миряне отвечают: «Господи, помилуй». Далее следует призыв помолиться о чем-то более конкретном, на который также следует ответ мирян.

Возьмем Литургию. Священник призывает: «Горе имеим сердца», и миряне отвечают: «Имамы ко Господу». Священник: «Благодарим Господа». Ответ: «Достойно и праведно есть…» Отвечать должны все присутствующие в храме. Сегодня эти ответы озвучивает хор, но от этого они не становятся «партией хора» в концертном смысле.

Впрочем, и сегодня в некоторых храмах принято петь всем собравшимся. Показательно, что в официальном тексте Литургии святителя Иоанна Златоуста, опубликованном Греческой Православной Архиепископией Америки, отвечающая сторона во многих местах обозначена словом «People» («народ»).

Историк византийской музыки Димитрий Кономос отмечает, что одной из характерных особенностей древнего богослужения было активное участие народа в произнесении и пении псалмов, гимнов и ответов. Более того, греческое слово «choros» («хор») в раннехристианскую эпоху могло обозначать не отдельную группу профессиональных певцов, а саму молящуюся и поющую общину. Позднее внутри нее постепенно выделилось особое служение специально подготовленных певцов. Но это ничего не меняет в сути происходящего на богослужении: молится вся Церковь, а хор лишь озвучивает эту молитву.

Около середины II века святой Иустин Философ пишет, что после молитв и благодарения предстоятеля «весь присутствующий народ выражает свое согласие, говоря: “Аминь”». Заметим: Иустин не пишет, что после молитвы предстоятеля «исполняется песнопение». Он говорит, что народ выражает согласие. Святитель Иоанн Златоуст через несколько столетий скажет еще яснее: «Благодарение является общим: не один священник благодарит, но и весь народ».

Выражает ли фонограмма согласие?

По Иустину, народ, присутствующий в храме, выражает свое согласие с тем, что совершает и произносит священник, говоря: «Аминь». Но что происходит, если звучит фонограмма?

Представим себе профессионально сделанную запись: безупречные голоса, идеальную интонацию, прекрасную акустику. И вот священник начинает Литургию: «Благословенно Царство Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков». А дальше кто-то нажимает кнопку, и из динамиков звучит: «Аминь».

«Аминь» – это не просто красивое сочетание звуков. Это согласие, которое делает совершение Литургии возможным. Святой Иустин именно так его и понимает: народ «выражает свое согласие». Но может ли выразить согласие фонограмма? Может ли она сказать Богу: «Аминь»?

Именно поэтому вопрос отца Александра Клименко, несмотря на очевидный сарказм, совершенно правомерен с богословской точки зрения: если фонограмма может сказать «Аминь», то почему бы ей не сказать и «Благословенно Царство…»?

Опыт COVID-19

Во времена тотального карантина не менее остро стоял вопрос о допустимости онлайн-трансляций богослужений. И тогда звучали разные мнения.

В марте 2020 года митрополит УПЦ Феодосий (Снигирев) говорил, что онлайн-трансляция в исключительных обстоятельствах может быть полезной, но не должна становиться обычной заменой присутствию в храме.

Еще более категорично высказывался митрополит Нежинский УПЦ Климент (Вечеря): «Онлайн-трансляция – это не богослужение. У нас Бог – Бог живой, а не “Бог онлайн”». Он также подчеркивал, что просмотром трансляции невозможно заменить Исповедь и Причастие.

Но тогда речь шла не о записи хора и ее воспроизведении в другое время. Трансляция передавала то, что происходило в этот самый момент с живыми людьми, пусть и в другом месте: она была лишь «посредником» человеческого действия.

В случае с фонограммой мы имеем дело не с передачей действия или ответа, а с его имитацией.

И если онлайн-трансляция не могла быть признана полноценной заменой присутствия в храме, то как имитация может заменить участие хора в богослужении?

Зачем нужна была фонограмма в Лавре?

Почему вообще понадобилось включать фонограмму на богослужении в Киево-Печерской лавре? Ведь это не отдаленный сельский храм, где с певчими действительно может быть трудно. Лавра – главная святыня Украины.

Не потому ли, что из Лавры почти полностью изгнали монахов УПЦ? Не потому ли, что, как и в советские годы, хозяином Лавры вновь стал светский Национальный заповедник «Киево-Печерская лавра»?

Когда в 2023 году заповедник в одностороннем порядке расторг договор безвозмездного пользования государственным имуществом со Свято-Успенским Киево-Печерским монастырем УПЦ, Синод ПЦУ официально поддержал это решение. Более того, ПЦУ обратилась к государству с просьбой предоставить ей помещения в Киево-Печерской лавре.

16 июня 2026 года генеральный директор заповедника Максим Остапенко сообщил, что на территории остаются «не менее 140 монахов, послушников и представителей УПЦ», а вопрос их выселения зависит от судебного решения.

17 февраля 2026 года сотрудники заповедника срезали замки на Крестовоздвиженском и Теплом храмах Нижней лавры. По словам адвоката монастыря протоиерея Никиты Чекмана, это были последние два храма, где братия УПЦ еще могла совершать богослужения.

А 30 августа 2026 года в другом храме Нижней лавры на богослужении ПЦУ вместо живого хора прозвучала запись. ПЦУ не смогла собрать хоть кого-нибудь для пения в главной украинской обители.

Можно иметь совершенно разные взгляды на УПЦ и ПЦУ, на конфликт вокруг Киево-Печерской лавры и так далее. Но нельзя не увидеть: когда в Лавре была полноценная монашеская жизнь, УПЦ совершала порой по четыре Литургии в день – и ни на одной из них не было недостатка ни в певчих, ни в молящихся мирянах. Сейчас же храмы практически пусты, а на службе звучит фонограмма.

Это ли духовное возрождение Украины?

Заключение

Во многих псалмах царь Давид говорит о богослужении: «Одного просил я у Господа, того только ищу, чтобы пребывать мне в доме Господнем во все дни жизни моей, созерцать красоту Господню и посещать храм Его» (Пс. 26, 4); «Как вожделенны жилища Твои, Господи сил! Истомилась душа моя, желая во дворы Господни; сердце мое и плоть моя восторгаются к Богу живому» (Пс. 83, 2–3); «Входите во врата Его со славословием, во дворы Его – с хвалою. Славьте Его, благословляйте имя Его» (Пс. 99, 4).

Может ли фонограмма благословлять имя Господне? Пусть на этот вопрос каждый ответит сам.

Читайте также