Что взвешивает голландка перед Христом?

Тайные символы голладского полотна. Фото: СПЖ

​Перенесемся в весенний Амстердам 1696 года, где на аукционе после смерти коллекционера Якоба Диссиуса пускают с молотка работы лучших голландцев. Под лотом номер три числится небольшое полотно, наименованное скупщиками как «Дама, взвешивающая золото». В аукционном реестре сохранилась редкая деталь: работа продается прямо в «ящичке» - специальном деревянном футляре со створками.

​Зачем холсту размером сорок на тридцать пять сантиметров понадобился отдельный шкафчик? Ян Вермеер Делфтский писал полотно в 17 веке, когда в голландских домах подобные ящички с дверцами имели сакральное значение. Хозяин подходил к футляру, открывал створки и оставался наедине с картинным образом, погружаясь в неторопливую медитацию.

Откроем эти воображаемые дверцы вместе с первым владельцем и окажемся в тишине полутемной комнаты. Слева, сквозь мягкую и плотную ткань занавеса, пробивается утренний рассеянный свет. Он скользит по синей скатерти, озаряет лицо молодой женщины в накидке, отороченной белым мехом, и замирает на предметах, разложенных на столе.

​Обстановка в комнате спокойная. Женщина застыла перед раскрытой шкатулкой, из которой на ткань высыпаются нити жемчуга, золотая цепь и россыпь монет. Она держит в правой руке изящные аптекарские весы. Но кое-что в этой картине нарушает спокойствие. 

​Блик вместо золота и серебра

​Долгое время искусствоведы были уверены, что героиня полотна пересчитывает семейное богатство или взвешивает жемчужины. Картине даже давали соответствующие названия в музейных каталогах. Однако, во время реставрации полотна в Национальной галереи искусства в Вашингтоне ученых постигло потрясающее открытие.

​Пристально взглянем на чаши весов и увидим то, что заметили ученые под микроскопом: весы абсолютно пусты.

​На металлических пластинах нет ни золотых монет, ни жемчужин. Яркие светящиеся точки оказалась обычными бликами света. Вермеер написал эти искорки простым однослойным мазком. На чашах женщина взвешивает сам солнечный свет, удерживая тонкое коромысло в идеальном равновесии.

​Эта находка полностью меняет настроение всей сцены. Героиня не увлечена подсчетом капитала. Ее пальцы, едва касающиеся металлического стержня, застыли. На ее лице нет азарта стяжательства. Оно исполнено глубокого спокойствия. Она как будто выверяет точность инструмента перед тем, как положить на него нечто невидимое для человеческих глаз.

​Судия за плечом и точка схода

​Главный ключ к разгадке смысла картины Вермеер помещает за спиной женщины. На темной стене, в массивной черной раме, висит масштабная картина в картине. Это живописная сцена Страшного Суда.

​Специалисты предположительно связывают эту композицию с фламандским художником Якобом де Баккером. Вермеер удивительно выстраивает геометрию пространства на своей картине. Голова молодой женщины находится аккурат по центру полотна - прямо под овальной мандорлой, в которой восседает Христос-Судия с воздетыми руками.

​Художник соединяет два мира одной геометрической сеткой. Если протянуть перспективные линии от окна и углов стола, точка схода всей композиции окажется ровно там, где пальцы женщины удерживают весы. Эта же точка совпадает с нижним углом рамы картины с изображением Страшного Суда.

​Мир горний и мир земной соприкасаются в одной точке - в тонком суставе женской руки. Позади происходит разделение душ, грешники низвергаются в геенну, праведники восходят к престолу, а голландская дама в это время молчаливо замерла в своей комнате.

​На стене напротив ее лица висит небольшое зеркало. В символике тех времен этот предмет олицетворял суетность и тщеславие. Но в контексте данной композиции зеркало говорит о другом. Чезаре Рипа называет зеркало атрибутом благоразумия. То есть зеркало - это инструмент самопознания. Женщина смотрит не на свое отражение ради самолюбования, она вглядывается в собственную совесть.

​Весы умеренности и испытание совести

​Отражена в этой картине и биография самого Вермеера. Родившись и получив крещение в реформатской традиции, мастер в 1653 году женился на Катарине Болнес и принял католичество. Семья художника была тесно связана с делфтской общиной иезуитов, проводивших подпольные богослужения.

​Исследователи не случайно видят в этой картине прямую параллель с духовной практикой Игнатия Лойолы. В своих «Духовных упражнениях» основатель ордена иезуитов призывал верующего перед каждой молитвой проводить «испытание совести» - взвешивать свои поступки, мысли и движения сердца так, словно ты уже достиг Судного Дня.

​В голландской иконографии того времени весы были атрибутом добродетели умеренности. Вермеер не впервые обращается к этому понятию, достаточно вспомнить витраж в его полотне «Девушка с бокалом вина». Но именно здесь умеренность заметно проникает в человеческую жизнь.

​Перед нами разворачивается картина обычного дня, который верующий проводит перед Лицом Божиим. На столе лежат земные сокровища - золото, жемчуг, дорогой шелк. За спиной возвышается вечность с ее праведным Судом. А между ними стоит человек с пустыми весами в руках.

​Женщина не отказывается от земных благ и не бежит из своей комнаты в монастырскую келью. Она просто выверяет точную меру вещей. На этом примере Вермеер показывает нам формулу идеального баланса: нужно жить в материальном мире, пользоваться его дарами, но ни на секунду не забывать о вечном измерении каждого нашего шага и поступка. Когда створки дубового ящичка закрывались, зритель древней картины оставался наедине с вопросом к самому себе: что перевесит на твоих собственных чашах, когда умолкнет шум земного дня?

Читайте также